Приморское краевое отделение

Всероссийской общественной организации «Русское географическое общество» – Общество изучения Амурского края (ОИАК)

 

690091, г. Владивосток, ул. Петра Великого, 4  

 Тел./факс 226-81-93, эл. почта: oiak@bk.ru

Интервью Дьяковой

Археологи нашли в Приморье следы уникальных событий прошлого

27 Января 2015 

События во Франции вновь напомнили, сколь трагические последствия может вызвать игнорирование этнокультурного фактора или грубые игры на этом тонком поле

Январские события в Париже вновь остро поставили на повестку дня проблемы межэтнических и межконфессиальных отношений. Сегодня, впрочем, как и многими веками ранее, в национальной политике необходимо учитывать этнокультурный фактор населения государства и его соседей. Задуматься об этом заставляют не только свежие новости с экранов телевизоров и гаджетов, но и послания далекой древности, найденные археологами, пишет газета "Золотой Рог".

Как свидетельствуют археологические раскопки, территория Приморья была заселена человеком как минимум десять тысяч лет назад, т.е. в конце верхнего палеолита - эпоху мезолита, когда все необходимые для жизни инструменты изготавливали из камня. Памятники этого времени обнаружены по всему Приморью, включая север.

Если хорошо копнуть…

Особое место в истории Дальнего Востока занимает эпоха средневековья, когда в Приморье и Приамурье появились племена мохэ, создавшие в VII в. первое тунгусо-маньчжурское государство Бохай, разгромленное в Х в. киданями, затем в ХII в. чжурчжэньскую империю Цзинь, покорившую Китай и, наконец, маньчжурское государство (читай: чжурчжэньское), владевшее Китаем вплоть до Синьхайской революции 1911 г.

Обо всем этом свидетельствуют данные археологических раскопок, которые много лет проводит на севере Приморья доктор исторических наук, профессор Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН Ольга ДЬЯКОВА. Она ученица выдающегося археолога, историка и этнографа академика ОКЛАДНИКОВА. В экспедициях Алексея Павловича Окладникова зародилась у сибирячки, тогда еще студентки Новосибирского государственного университета, любовь к дальневосточной земле.

Подводя итоги ушедшего года, профессор Ольга Дьякова выделяет не археологические находки, хотя есть и они, и не только что опубликованную монографию «Государство Бохай: археология, история, политика», а Международный симпозиум алтаистов, который состоялся во Владивостоке прошедшей осенью. Исследователи истории, языков, культур алтайских народов, члены Международной организации алтаистов собрались на свой форум уже в 57-й раз, однако впервые - за Уралом, на территории Азиатско-Тихоокеанского региона России. Ольга Дьякова - собеседник «Золотого Рога».

Вышли мы все из Алтая

- Ольга Васильевна, что изучают специалисты по алтаистике?

- Исследователи-алтаисты изучают комплекс проблем: историю, язык, культуру, современное состояние народов тюркского, тунгусо-манчжурского и монгольского миров, составляющих практически половину населения земного шара. Тюркские этносы населяют Среднюю, Центральную Азию, Кавказ (азербайджанцы), Турцию, северо-запад Китая, Сибирь и Поволжье России. Тунгусы занимают Восточную и Северо-Восточную Сибирь. Тунгусо-маньчжуры - наш Дальний Восток, северо-восток Китая (Маньчжурия). Монголоязычные этносы - это Бурятия, Калмыкия, Монголия, Китай (Внутренняя Монголия).

Основной фундаментальной проблемой для исследования является происхождение этносов алтайского мира, то есть этногенез. Роль алтайских этносов в мировой истории велика. И это нельзя сбрасывать со счетов. Достаточно вспомнить гуннов, тюрок, монголов, несколько раз перекроивших всю политическую картину мира и стерших с лица земли многие государства. Гунны, двинувшись из Центральной Азии, дошли до Рима; тюрки, тоже выходцы азиатских просторов, значительно поменяли население Средней Азии, Поволжья, оставили следы на Кавказе, в Европе и даже в Африке. Про монголов и говорить нечего... Сейчас наблюдается новый всплеск пассионарности у этих народов. Что это - закон истории и развития человечества? Чем это грозит и во что выльется?

Ученые пытаются найти ответы на многочисленные вопросы: когда, зачем и почему целые народы перемещались из одного места в другое, как шло формирование государств, почему они распались, как развивался язык и почему исчезал, какие причины заставляли этнос отказаться от своего языка?

- Народы саха тоже относятся к тюркам? Здесь, насколько известно, к родному языку демонстрируют пример бережного отношения.

- Да, якуты - это тюркоязычный этнос, по происхождению народ южный, они появились на северных землях гораздо позже тунгусов (эвенков), являвшихся здесь более древним населением. Якуты в эти места переместились после X века, причем сплавились по Лене вместе с домашними животными. Они знали земледелие, это единственный народ, который сохранил вплоть до XX века гончарство. И вопрос, что заставило этот южный народ переселиться в менее благоприятные для жизни места, до сих пор остается открытым. Они быстро освоились в новых условиях, многое переняв из опыта эвенков. У якутов уникальная этнопсихология. Они прагматичные, деловые, склонные к бизнесу люди. Как показывает история, в определенной степени были способны подавлять тунгусов.

Кстати говоря, об этом часто забывают, но в древности население Северо-Западного и частично Северо-Восточного Китая, Средней Азии и Сибири (доскифские и скифские культуры) во II-I тыс. до нашей эры было индоевропейским, то есть европеоидным по антропологическому типу. (Прошу не путать с модным ныне стремлением объявлять их русскими.) Монголоязычное, тюркоязычное население появилось там гораздо позже, и это тоже до сих пор остается загадкой для ученных - как, почему и откуда они появились на этих территориях.

Не получить французский результат

- А что вы можете сказать по поводу древнего населения территории Приморского края?

- Принято считать, что самым древним населением были палеоазиаты (нивхи), затем пришли тунгусы, а в начале I тыс. н.э. появились тунгусо-маньчжуры, сыгравшие значительную роль в истории Дальнего Востока. Это племена мохэ, кстати прекрасные конники и воины, из которых вышли бохайцы (сумо мохэ), чжурчжэни (хэйшуй мохэ) и сами маньчжуры (чжурчжэни), с классическим монголоидным типом лица. Европеоиды до территории Приморья не дошли. Мохэ можно назвать праматерью всех тунгусо-маньчжуров. И все наши этносы: маньчжуры, нанайцы, удэгейцы, ульчи, орочи, ороки - потомки разных племен мохэсцев. Это все прослеживается и в культуре, и в языках.

- Почему алтаистов со всего мира привлек именно Владивосток?

- Проведение подобных конференций доверяется исследователям, которые зарекомендовали себя как достаточно крупные специалисты, которые смогли создать научную школу. Наш Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока является единственным научным учреждением, целенаправленно и системно изучающим все народы Дальнего Востока, включая славян, т.е. этносы Приморья, состав которых в настоящее время значительно изменяется.

Кстати говоря, изменение этнического состава населения пограничных территорий, как наш Дальний Восток, вещь чрезвычайно опасная. После открытия Владивостока в Приморье хлынуло население из республик Кавказа и Средней Азии. Большинство из них по языку тюрки, по религии - мусульмане. Это особые характер, этнопсихология, и с этим необходимо считаться и предвидеть последствия. Никогда нельзя задевать (провоцировать) национальные и религиозные чувства. Иначе получим французский результат недавних дней. Как видим, никакой пресловутой поликультурности у европейцев не получилось. Наш советский опыт в национальной политике более результативен. И его нужно учитывать при проведении региональной межнациональной политики, тем более на границе, где должно преобладать государствообразующее (титульное) население, в том числе и во власти.

- Ваши рекомендации на этот счет власти учитывают?

- Далеко не всегда, да и в научном мире на этот счет нет единого мнения, особенно касательно малочисленных народов. Некоторые коллеги считают, что малочисленные народы в настоящее время эксплуатируются представителями других этносов. В подобных дискуссиях я рекомендую теоретикам почитать труды Владимира АРСЕНЬЕВА.

Население нашего северного побережья Японского моря имело тесные контакты с японцами и корейцами, которые приплывали сюда для торговли. И очень быстро тунгусо-маньчжуры попадали к ним в долги практически «за стеклянные бусы», поскольку уступали им в предприимчивости. Это этнопсихология, и она не сейчас возникла.

Или другой пример, из дневников Арсеньева: китаец пришел сюда, нанялся в качестве работника. И независимо от того, к кому: - к украинцу, нанайцу или удэгейцу, уже через год он глава семьи, живет с женой хозяина, а хозяин у него в услужении. Это тоже этнопсихология, с которой нельзя не считаться. Власть должна знать эти тонкости, уметь регулировать, и если необходимо, то ограждать, понимая, что достоинство одного этноса может обернуться негативом для другого.

- Получается, что ваша, на первый взгляд, чистая наука, основанная в том числе и на археологических изысканиях, тесно связана с практикой и современной жизнью?

- Конечно, и многих негативных вещей можно было бы избежать при решении проблемы межнациональных отношений. Эта тема актуальна в целом для мирового сообщества. На конгрессе об этом также шла речь. Так, китайский ученый говорил о проблемах сохранения самобытности китайских уйгуров, а также их гармоничного сосуществования с другими народами. Для Китая национальный вопрос очень важен. Проблемами межнационального общения озабочены ученые всех европейских стран.

Участники конгресса с тревогой констатировали тот факт, что в настоящее время практически весь тюркский мир (во многом мусульманский) бурлит. Подтверждение этого тезиса мы слышим едва ли не каждый день в выпусках международных новостей. Поэтому мы должны понимать и адекватно оценивать современное состояние алтайских этносов, предвидеть развитие событий и, по возможности, упреждать негативные явления.

- Ольга Васильевна, а каковы итоги ваших археологических изысканий в минувшем году?

- В этом году мы работали на крепости «Ключи» в бухте Джигит, в Тернейском районе, это одна из тех уникальных каменных крепостей, которую нужно срочно изучать, пока ее не уничтожили. Этим городищам и крепостям можно найти и практическое приложение. При определенных финансовых вложениях они могут украсить многие экскурсионные маршруты, интерес к которым проявляют не только местные жители. А когда я показывала немецким и французским гостям конгресса акваторию Амурского залива, они заметили, что у Владивостока и Приморья большой потенциал, не хватает только инфраструктуры.

Ирина БАРАННИК.  Газета «Золотой Рог», Владивосток.