Как русский капитан Дмитрий Орлов вернул на родину японцев: К 220летию со дня рождения
Историческая справка: Орлов, Дмитрий Иванович (1806 – 1859, Николаевск). Окончил 1-й Штурманский полуэкипаж (1827). Прапорщик Корпуса флотских штурманов (22 сент. 1829). Совершил кругосветное путешествие на шлюпе «Синявин» (1826–29). Капитан на судах Российско-Американской компании (с 1831). За участие в убийстве мужа своей любовницы лишен дворянства и чинов, определен в ссыльнопоселенцы (1838). Служащий Охотской фактории (с 1843). Участвовал в экспедиции Н.И. Невельского (с 1849), проводил исследования в Приамурье (1850–54). Штабс-капитан КФШ (25 ноября 1857). Командир парохода «Аргунь» (1857–58).
Это давняя история началась 24 октября 1834 г., когда на бриге «Диана» капитан Харт Френч привез в Новоархангельск новый груз. С ними из Гонолулу пришли необычные пассажиры – четверо японцев из деревни Ицинга-Хаяково на северо-западе Японии около острова Садо. Они рассказали русским свою непростую историю. На трехмачтовой джонке «Куча-мару» они отправились в селение Матсумай (Мацумай) на Хоккайдо, чтобы взять рыбу и икру и продать потом в Осаке. В пути их застал жестокий шторм, джонку вынесло в открытый океан, и японцы два месяца провели в море. Четверо, в том числе и капитан, скончались от голода и жажды. В декабре 1832 г. джонку выбросило на северо-восточный берег гавайского острова Оаху. К огорчению японских моряков, ни одно китобойное судно не решалось отвезти их в Японию, закрытую для иностранцев. Френч, приютивший японцев на первых порах, зная чуткость русской души, решил переправить их в Новоархангельск в надежде, что русские найдут выход.
Японцы дни напролет ходили за главным правителем компании Врангелем, уговаривая отправить их домой и уверяя, что русское судно встретят на родной земле хорошо. На упоминание главного правителя о пленении японцами Головнина они назвали это недоразумением. Главный правитель решил отправить японцев на шлюпе «Ситка» в порт Охотск, откуда им было проще вернуться домой. «В Новоархангельске они пользуются совершенною свободою. Все они ведут себя с примерною скромностью, воздержаны, трудолюбивы и тихи. Они мясо не едят, а употребляют рыбу, сорочинских круп [рис] (коих годовая пропорция посылается для них на шлюпе «Ситка») и овощи, пьют чай и курят легкий табак. Русские в Америке их за то очень полюбили», – писал Врангель в Охотскую контору и Главное правление РАКа. Младший из японцев проявил большие способности в изучении русского языка. 16 апреля 1835 г., взяв японцев на борт, «Ситка» под командованием капитан-лейтенанта П.П. Митькова снялась в Охотск.
В Охотской конторе РАКа тоже долго не могли решить, что делать с нежданными гостями. Согласования дошли до Комитета министров, где решили воспользоваться ситуацией для улучшения отношений с Японией: у России появилась возможность показать своей соседке дружественное отношение к ней. Азиатский комитет приказал переправить японцев на парусном боте на остров Итуруп в японское местечко Урбит. 19 ноября 1835 г. высочайше были утверждены правила предстоящей операции, в которых указывалось: «1. Чтобы начальник судна, на коем те японцы будут отправлены, был выбран из людей расторопных и на благоразумие коего можно полно положиться; 2. С японцами, во время переезда обходиться как можно ласковее и при отправлении снабдить всем нужным, как то: одеждою, обувью и т.п.; 3. Высадить их там, где пожелают, если же по каким-нибудь причинам сие найдено будет невозможным, то на ближайшем острове, где будет удобнее; 4. Начальнику судна не входить ни в какие официальные сношения с властями Японскими, но в разговорах с возвращаемыми японцами и в особенности, если найдется случай видеться с начальником местечка, где будут они высажены, дать им почувствовать, что мы в обязанность себе вменили возвращением сих людей доказать им дружеское наше расположение, и что, если японцы приедут к нашим компаниям, то будут всегда принимаемы как друзья и добрые соседи. При всех таковых разговорах и расспросах поступать с крайней осторожностью и избегать всего того, что может навлечь на нас подозрения японцев».
Русский корвет.
Решено было отправить японцев на боте «Уналашка», которым командовал подпоручик Дмитрий Иванович Орлов, опытный моряк, не раз бывавший в дальних плаваниях по Тихому океану.
Орлов тщательно спланировал высадку японцев на остров, предполагая, что встреча может оказаться недружественной. И в самом деле, уже при подходе русского бота к Итурупу с берега раздались выстрелы. Русские моряки под пулями успели высадить японцев на родную землю, которая встретила их так настороженно.
В 1855 г. Дмитрия Ивановича Орлова произвели в поручики корпуса флотских штурманов и зачислили в Сибирский флотский экипаж. В 1857 г. он стал штабс-капитаном и ему вернули личное дворянство и назначили дополнительные 180 рублей серебром на воспитание детей. В этом же году его отправили командовать одним из малых пароходов Сибирской флотилии, работавших на Амуре. В 1858 г. за участие в Амурской экспедиции Орлова наградили пожизненной пенсией, распространённой и на его жену и детей. В ноябре 1858 г. Дмитрий Иванович стал кавалером ордена Святого Владимира IV степени. Адмирал Г.И. Невельской вспоминал об Орлове: «Это был немногословный, неторопливый человек, небольшой, сухощавый, перенёсший столько бедствий и лишений, что они уже были бессильны причинить ему какой-либо ущерб».
Амир Хисамутдинов, председатель архивно-библиотечного совета ПКО РГО-ОИАК.
Иллюстрации взяты из книги А. Вышеславцева «Очерки пером и карандашом из кругосветного плавания» (1862). Библиотека ОИАК.
